Катерина выглянула изъ своего экипажа, чтобъ показаться стражамъ, въ полной увѣренности, что величіе королевскаго лица сильнѣе подѣйствуетъ на нихъ, нежели всѣ фанфары въ свѣтѣ. Анжерская милиція увидѣла королеву, вѣжливо поклонилась ей, но ворота не отворялись.
Катерина послала одного изъ своихъ дворянъ къ рогаткѣ. Дворянина приняли весьма-вѣжливо. Онъ требовалъ, чтобъ ворота были немедленно отперты и чтобъ вдовствующая королева была принята съ надлежащими почестями. Ему отвѣчали, что Анжеръ военный, укрѣпленный городъ, а, слѣдовательно, въѣздъ въ него былъ сопряженъ съ нѣкоторыми необходимыми обрядами.
Дворянинъ въ смущеніи воротился къ своей повелительницѣ, и тогда Катерина произнесла съ мрачною горечью слово, заставившее затрепетать всю свиту ея:
-- Я жду! сказала она.
Бюсси полчаса уговаривалъ принца лично принять мать; но, видя его упорство, рѣшился самъ выѣхать къ ней на встрѣчу. Онъ приказалъ великолѣпно осѣдлать коня, избралъ пятерыхъ дворянъ, наиболѣе ненавистныхъ вдовствующей королевѣ, и тихимъ шагомъ поѣхалъ принимать ея величество.
Катеринѣ надоѣло уже -- не ждать, но придумывать мщеніе заставлявшимъ ее такъ долго ждать.
Она вспомнила арабскую сказку, въ которой возмутившійся духъ, заключенный въ мѣдный сосудъ, клянется обогатить того, кто спасетъ его въ первые десять вѣковъ его заточенія; но, наскучивъ ждать, клянется умертвить несчастнаго, который вздумалъ бы разбить крышку сосуда.
Катерина была въ такомъ же положеніи. Она сначала намѣревалась обласкать дворянъ, которые выйдутъ къ ней на встрѣчу; потомъ поклялась мстить дерзкому, кто первый покажется.
Бюсси показался у рогатки. Онъ очень-хладнокровно посмотрѣлъ впередъ и спросилъ:
-- Кто идетъ?