-- О! мнѣ кажется, что все это сонъ, мечта! Не-уже-ли между мною и счастіемъ не будетъ болѣе этого мрачнаго, блѣднаго привидѣнія?.. О, нѣтъ, это не можетъ быть!.. Мы ошибаемся, Реми.
-- Мы ни мало не ошибаемся, графъ. Прочтите еще разъ письмо и вы убидитесь! "Г. де-Монсоро упалъ на траву и упалъ такъ несчастливо, что убился на мѣстѣ!" Ясно, кажется.
-- Но въ такомъ случаѣ, продолжалъ Бюсси, не обращая вниманія на слова молодаго доктора и преслѣдуя разнородныя мысли, толпившіяся въ умѣ его: -- въ такомъ случаѣ, Діана не можетъ остаться въ Меридорѣ. Я не хочу этого. Она должна переселиться въ другое мѣсто, гдѣ бы скорѣе забыла о несчастномъ приключеніи...
-- Куда же лучше, какъ не въ Парижъ? сказалъ Годуэнъ: -- въ Парижѣ все легко забывается.
-- Ты правъ; она поселится опять въ маленькомъ домикѣ въ Турнельской-Улицѣ, и въ уединеніи мы проведемъ десять мѣсяцевъ ея вдовства...
-- Все это прекрасно, сказалъ Реми: -- но тутъ есть маленькое препятствіе.
-- Какое?
-- Чтобъ намъ можно было ѣхать въ Парижъ, нужно...
-- Что?
-- Чтобъ братья помирились.