Жирондисты поняли: это им приговор. Они восстали.
-- Лучше умереть, -- восклицали они, -- чем согласиться на учреждение этой венецианской инквизиции!
В ответ монтаньяры громко требовали провести голосование.
-- Да, -- вскричал Феро, -- да, соберем голоса, чтоб показать всему миру людей, которые именем закона хотят губить невинных!
Собрали голоса, и неожиданно большинство объявило: 1) что будут присяжные, 2) что они будут избираемы поровну от каждого департамента и 3) утверждены Конвентом.
Только приняли эти предложения, как раздались страшные крики. Конвент уже привык к посещениям черни. Он послал спросить, чего хотят от него; ему отвечали, что это депутация от волонтеров, которая, отобедав на хлебном рынке, просит разрешения пройти перед Конвентом церемониальным маршем.
В ту же минуту распахнулись двери и явились шестьсот человек, вооруженных саблями, пистолетами и пиками, -- все полупьяные. Они прошли под рукоплескания, громогласно требуя смерти изменникам.
-- Да, -- отвечал им Колло д'Эрбуа, -- да, друзья мои, невзирая на все козни, мы спасем вас, вас и свободу!
Он говорил, глядя в сторону жирондистов, давая им понять, что они в опасности.
В самом деле, по окончании заседания Конвента депутаты Горы рассеялись по разным клубам, побежали к кордельерам и к якобинцам, предлагая лишить изменников всех законных прав и умертвить в эту же ночь.