-- Ну, что? -- спросил патриот с прежним притворным равнодушием. -- Как дела?
-- Кончено!
-- Что кончено?
-- Как условились мы, так я и сделал -- разошелся с Ришаром под предлогом, что худо слышу, худо вижу, и в присутствии всей регистратуры притворился больным, упал в обморок.
-- Прекрасно. А потом?
-- Потом Ришар крикнул жену; она принялась тереть мне виски уксусом, и я пришел в чувство.
-- Славно. Далее.
-- Далее, по нашему уговору, я сказал, что от недостатка воздуха у меня слабеет зрение, потому, дескать, что я сангвиник и что служба в Консьержери, где содержалось в это время четыреста заключенных, убьет меня.
-- Что же отвечали тебе?
-- Жена Ришара пожалела меня.