Вся эта сцена прошла перед Морисом, как фантасмагорическое видение. Опершись на рукоять сабли, которую он всегда носил, он видел, как один за другим падали его друзья в пучину, которая не отдает своих жертв, и этот образ смерти так поразил его, что он спрашивал у себя, зачем же ему, товарищу этих несчастных, хвататься за край пропасти и не предать себя в жертву водоворота, который увлек бы его вместе с ними.
Перелезая через перила, Лорен увидел мрачное и насмешливое лицо Диксмера, и когда сел возле Женевьевы, она наклонилась к его уху.
-- Боже мой, -- сказала она. -- Знаете ли вы, что Морис здесь?
-- Где же?
-- Не глядите вокруг, ваш взгляд может погубить его.
-- Будьте спокойны.
-- Позади нас, у дверей. Какая горесть для него, если нас осудят! Лорен взглянул на женщину с нежным состраданием.
-- А этого не избежать нам, -- сказал он. -- Умоляю вас не сомневаться. Обман будет слишком жесток, если вы еще надеетесь.
-- Боже мой! И бедный друг мой останется один на земле!
Тогда Лорен обернулся к Морису, и Женевьева, будучи не в силах удержаться, в свою очередь, бросила быстрый взгляд на молодого человека. Морис стоял, устремив на них глаза и приложив руки к сердцу.