-- Если ты съ нами, такъ мы его ищемъ.
-- Какъ! этотъ домъ, гдѣ спятъ, кажется, такъ спокойно...
-- Именно! Ты, ла-Гюрьеръ, воспользуешься честною физіономіей, по ошибкѣ данною тебѣ небомъ. Постучись. Отдай свою пищаль Коконна: онъ уже цѣлый часъ на нее посматриваетъ. Если тебя впустятъ, скажи, что хочешь поговорить съ де-Муи.
-- А! понимаю, сказалъ Коконна:-- у васъ, кажется, тоже есть кредиторъ въ Тампльскомъ Кварталѣ.
-- Именно, продолжалъ Морвель.-- Ты войдешь и притворишься гугенотомъ; ты увѣдомишь де-Муи обо всемъ, что происходитъ; онъ храбръ, онъ сойдетъ внизъ...
-- Потомъ? спросилъ ла-Гюрьеръ.
-- Потомъ я попрошу его скрестить со мною шпагу.
-- Клянусь честью, это недурно, сказалъ Коконна:-- и я точь-въ-точь также сдѣлаю съ Ламберомъ Меркандономъ. Если онъ слишкомъ-старъ, его мѣсто заступитъ кто-нибудь изъ его сыновей или племянниковъ.
Ла-Гюрьеръ, не возражая ни слова, постучалъ въ двери. На шумъ, раздавшійся въ тишинѣ ночи, отворились двери въ отели Гиза, и оттуда выглянуло нѣсколько головъ. Тогда увидѣли, что тамъ тихо, какъ бываетъ тихо въ крѣпости, потому-что домъ наполненъ былъ солдатами.
Головы сейчасъ же спрятались, вѣроятно догадавшись, въ чемъ дѣло.