-- Вы могли бы прочесть драгоцѣнныя писанія Евреевъ о жертвоприношеніяхъ. Я велѣла перевести для себя одну изъ этихъ книгъ; тамъ сказано, что Евреи не искали предзнаменованій, подобно Римлянамъ, въ сердцѣ или въ печени: они искали ихъ въ расположеніи мозга и въ очертаніи буквъ, начертанныхъ на немъ всемогущею рукою судьбы.
-- Да, ваше величество, я слышалъ то же самое отъ одного стараго раввина, моего хорошаго знакомаго.
-- Эти буквы, продолжала Катерина: -- разоблачаютъ цѣлую жизнь. Только халдейскіе мудрецы совѣтуютъ...
-- Что же они совѣтуютъ? спросилъ Рене, видя, что Катерина остановилась.
-- Совѣтуютъ дѣлать опыты надъ человѣческимъ мозгомъ, который больше развитъ и въ которомъ больше симпатіи съ волею гадателя.
-- Ваше величество очень-хорошо знаете, что это невозможно, замѣтилъ Рене.
-- По-крайней-мѣрѣ, трудно; еслибъ мы знали это въ варѳоломеевскую ночь... вотъ была богатая жатва, Рене! Но при первомъ осужденномъ... я объ этомъ подумаю. Пока удовольствуемся тѣмъ, что теперь возможно. Комната для жертвоприношеній готова?
-- Готова, ваше величество.
-- Пойдемъ.
Рене зажегъ свѣчу, составленную изъ различныхъ веществъ; она распространяла то тонкій, то смрадный запахъ, доказывавшій разнородность ея состава. Освѣщая дорогу Катеринѣ, онъ первый вошелъ въ комнату.