-- Нѣтъ;
-- И не ты взбѣжалъ по этой лѣстницѣ, какъ-будто за тобой гнался цѣлый легіонъ чертей?
-- Нѣтъ.
-- Mordi! воскликнулъ Коконна.-- Славное же вино у ла-Гюрьера! Говорю тебѣ, что я узналъ твой вишневый плащъ и бѣлое перо въ воротахъ Лувра, что я преслѣдовалъ ихъ до этой лѣстницы, и что твой плащъ, твое перо и твою руку, этотъ живой маятникъ, ждала здѣсь какая-то дама; подозрѣваю, что это королева Маргерита. Она увлекла его вотъ въ эту дверь, которая, кажется, ведетъ къ королевѣ наваррской.
-- Mordieu! воскликнулъ ла-Моль блѣднѣя:-- не-уже-ли измѣна?
-- Я не ошибаюсь.
Ла-Моль съ минуту стоялъ въ нерѣшимости, сжавъ руками голову, удерживаемый почтеніемъ и тревожимый ревностью. Но ревность взяла верхъ; онъ бросился къ двери и началъ стучать изо всей силы.
-- Этакъ насъ арестуютъ, сказалъ Коконн а:-- да все равно, это довольно-забавно. Скажи, пожалуйста, ла-Моль, въ Луврѣ водятся домовые?
-- Не знаю, отвѣчалъ онъ, блѣдный какъ перо на его шляпѣ.-- Впрочемъ, мнѣ давно хотѣлось увидѣть домоваго, и вотъ прекрасный случай, -- я не упущу его.
-- Я тебѣ не помѣха, сказалъ Коконна:-- только стучи не такъ сильно, а то онъ озлится.