-- По-мнѣ лучше не имѣть чести принять васъ.
-- Почему? спросилъ Коконна, блѣднѣя отъ гнѣва.
-- Потому-что съ вами нѣтъ лакея; если я отдамъ вамъ господскую комнату, у меня останутся двѣ пустыя лакейскія, и врядъ-ли кто ихъ займетъ.
-- Послушайте, де-ла-Моль, сказалъ Коконна, обращаясь къ своему спутнику: -- мнѣ ужасно хочется поколотить этого мошенника. Вы какъ думаете?
-- Почему жь и не такъ? отвѣчалъ ла-Моль, собираясь, подобно Коконна, отподчивать трактирщика хлыстомъ.
Не смотря на эту угрозу, которая вовсе не походила на шутку, хозяинъ нисколько не удивился, и, отступивъ только на шагъ, чтобъ быть у себя дома, сказалъ:
-- Сейчасъ и видно, что эти господа изъ провинціи. Въ Парижѣ прошла мода бить хозяина, если онъ не хочетъ отдать въ наймы свою комнату. Теперь бьютъ знатныхъ баръ, а не насъ, и если вы зашумите слишкомъ-громко, такъ я кликну сосѣдей, и они поколотятъ васъ, господа дворяне.
-- Да онъ, чортъ возьми, просто насмѣхается! воскликнулъ Коконна въ величайшей досадѣ.
-- Грегуаръ, подай мою пищаль, сказалъ трактирщикъ своему слугѣ, точно какъ-будто говорилъ:-- подай его сіятельству кресла.
-- Trippe del papa! загремѣлъ Коконна, обнажая шпагу: -- да погорячитесь же, де-ла-Моль.