-- Сынъ мой, сказала Катерина, положивъ руку на плечо Карла:-- послушай хорошенько, что я тебѣ скажу. Преступленіе сдѣлано, и могутъ выйдти сплетни. Но за подобное оскорбленіе королевскаго величества наказываетъ не судъ и не палачъ; будь вы просто дворяне, мнѣ нечего бы вамъ говорить, вы не трусы; но санъ вашъ не позволяетъ вамъ вызвать его на поединокъ. Подумайте же: какъ отомстить.
-- Mort de tous les diables! воскликнулъ Карлъ: -- вы правы, я объ этомъ подумаю.
-- Я помогу вамъ, сказалъ герцогъ.
-- А я, сказала Катерина, снимая шелковый снурокъ, три раза опоясывавшій станъ ея: -- я ухожу, оставляя вамъ вотъ эту вещицу, какъ моего представителя.
Она бросила снурокъ къ ногамъ ихъ.
-- Понимаю, сказалъ Карлъ.
-- Этотъ снурокъ... сказалъ герцогъ, поднимая его.
-- Это наказаніе и молчаніе, договорила Катерина.-- Только не мѣшало бы сговориться и съ Генрихомъ.
Она ушла.
-- Нѣтъ ничего легче, сказалъ д'Алансонъ:-- если Генрихъ узнаетъ, что жена обманываетъ его... Такъ вы согласны съ мнѣніемъ матушки? спросилъ онъ, обращаясь къ королю.