И онъ прибавилъ съ такою улыбкою, что гости его вздрогнули бы, еслибъ замѣтили ее:
-- Странно! Что, еслибъ именно мнѣ, попались теперь гугеноты... и...
-- Что жь! Ужинъ будетъ? грубо спросилъ Коконна, прерывая монологъ трактирщика.
-- Какъ прикажете, отвѣчалъ онъ, какъ-будто мелькнувшая мысль сдѣлала его ласковѣе.
-- Да, прикажемъ; и проворнѣе! сказалъ Коконна.
Потомъ, обращаясь къ ла-Молю, онъ продолжалъ:
-- Пока намъ приготовятъ комнату, скажите, пожалуйста, графъ: какъ вы нашли,-- Парижъ веселый городъ?
-- Нѣтъ, отвѣчалъ ла-Моль.-- Всѣ смотрятъ, кажется, какъ-будто звѣри... Можетъ-статься, Парижане боятся грозы. Посмотрите, какъ небо мрачно, и какъ тяжелъ воздухъ.
-- Скажите, графъ, вы спрашивали гдѣ Лувръ, кажется?
-- Да и вы, помнится, тоже, Коконна?