-- Невозможно, отвѣчалъ ла-Моль.-- Мы не можемъ увести съ собою лошадь Маргериты и двухъ муловъ. Они изобличатъ ее, а отвѣтами я удалю подозрѣніе. Ступай, другъ мой! Ступай!
-- Господа! сказалъ Коконна, подавая свою шпагу:-- мы сдаемся.
Солдаты опустили ружья.
-- Но скажите, пожалуйста, зачѣмъ мы должны сдаться?
-- Объ этомъ вы спросите короля наваррскаго.
-- Въ чемъ мы провинились?
-- Это скажетъ вамъ герцогъ д'Алансонъ.
Коконна и ла-Моль обмѣнялись взглядомъ; имя врага ихъ, произнесенное въ такую минуту, было неутѣшительно.
Они не противились. Коконна попросили сойдти съ лошади: онъ повиновался безпрекословно. Потомъ обоихъ помѣстили въ центрѣ отряда, и пошли къ Павильйону-Франциска.
-- Ты хотѣлъ видѣть Павильйонъ-Франциска, сказалъ Коконна ла-Молю, увидѣвъ сквозь деревья стѣны прекраснаго готическаго данія: -- ну, вотъ, кажется, ты увидишь его.