-- Что жь отвѣчалъ вамъ сынъ мой? спросила Екатерина.
-- Онъ отвѣчалъ мнѣ: "Господинъ герцогъ! Народъ долженъ подозрѣвать васъ въ убіеніи моего втораго отца, адмирала; защищайтесь, какъ вамъ угодно. Что касается до меня, я защищу самхъ себя какъ слѣдуетъ, если меня оскорбятъ..." Съ этими словами онъ отворотился и пошелъ кормить своихъ собакъ.
-- И вы не рѣшились остановить его?
-- Рѣшился. Но онъ отвѣчалъ мнѣ извѣстнымъ вамъ тономъ, бросивъ на меня тотъ взглядъ, который свойственъ только ему одному: "Герцогъ! собаки мои голодны; нельзя же ихъ заставить ждать: онѣ не люди." -- Я пришелъ извѣстить васъ объ этомъ.
-- И хорошо сдѣлали, отвѣчала королева.
-- Но что же дѣлать теперь?
-- Испытать послѣднее усиліе.
-- Кто возьмется за это?
-- Я. Король одинъ?
-- Нѣтъ. Онъ съ Таванномъ.