-- Вы не понимаете, что мужъ, получившій подобную записку, разсердится?..
-- Но мнѣ кажется, ваше величество, что онъ не сердился прежде на короля наваррскаго.
-- Тотъ, кто спускаетъ нѣкоторыя вещи королю, не проститъ ихъ, быть-можетъ, простому волокитѣ. Впрочемъ, если онъ не разсердится, вы за него должны будете разсердиться.
-- Я?
-- Безъ всякаго сомнѣнія. Вы возьмете четырехъ, шестерыхъ человѣкъ, если нужно, замаскируетесь, выломите двери, какъ-будто вы посланы барономъ, застанете любовниковъ на свиданіи и поразите ихъ во имя мужа; а на другой день, брошенное письмо, найденное какою-нибудь благодѣтельною душою и быстро пущенное въ ходъ, засвидѣтельствуетъ, что это было мщеніе мужа. Только по несчастному стеченію обстоятельствъ окажется, что любовникъ былъ король наваррскій; но кто могъ себѣ вообразить это, когда всѣ думали, что онъ въ По?
Морвель съ удивленіемъ посмотрѣлъ на Катерину, поклонился и вышелъ.
Въ то самое время, какъ онъ выходилъ изъ суассонскаго отеля, г-жа де-Совъ входила въ маленькій домикъ у Круа-де-Пти-Шанъ.
Генрихъ ждалъ ее у полуотворенной двери.
Увидѣвъ ее, онъ тотчасъ же спросилъ:
-- За вами никто не слѣдовалъ?