-- О чем же вы говорили с ним?
-- Что я знаю, как меня ненавидит комитет, но что я не боюсь его. Он отвечал на это, что я ошибаюсь, что там не имеют дурных намерений относительно меня, и нам необходимо объясниться.
-- Объясниться! Объясниться! Это хорошо с людьми добросовестными.
-- Справедливо, так я ему и ответил; тогда он нахмурил лоб и крепко сжал губы. Я продолжал: "Конечно, надо обуздать роялистов; но делать это необходимо осмотрительно и не смешивать военных с невиновными. -- А кто же сказал вам, -- отвечал сердито Робеспьер, -- что осуждали невиновных? -- Что ты скажешь? Не было случая, чтобы осуждали невиновных!" -- воскликнул я, обращаясь к Геро де Сешелю, который был со мною. И ушел.
-- И Сен-Жюст был там?
-- Да.
-- Что он говорил?
-- Он проводил рукою по своим прекрасным черным кудрям и время от времени поправлял свой галстук.
Сосед Марсо, сидевший с ним рядом, обхватил руками голову, задрожал, из его уст послышался легкий свист; Марсо не обратил на него внимания и стал следить за Дантоном и его друзьями.
-- Франт! -- заметил Камилл Демулен о Сен-Жюсте. -- Он так высоко ценит себя, так высоко держит на плечах голову, точно он коронованная особа.