В то время как король спешил поделиться предсказанием волшебницы с супругой, Пьеро метался по ристалищу в поисках своего осла, которого надо было вернуть дровосеку.
Но напрасно он бегал взад и вперед, влево и вправо — ему не удалось нигде обнаружить даже краешка уха своего серого.
— Где он, мой бедный Мартин? — вздыхал Пьеро. Наконец, совсем отчаявшись, он стал кричать:
— Мартин! Мартин!
И, затаив дыхание, прислушивался: не отзовется ли? Но в ответ лишь эхо насмешливо передразнивало его: «Мартин! Мартин!» — как какой-нибудь спрятавшийся за камнем шалун.
Пьеро набрал в легкие воздуха, чтобы крикнуть еще раз, как вдруг его взгляд случайно упал на стену, где для устрашения неприятеля по приказу короля художники намалевали диких зверей.
Умные животные, поняв, что с принцем Азором покончено и что свирепости от них больше не требуется, стали добрыми и ласковыми, как котята.
Увы! — расстроенный Пьеро не замечал их добродушия и принялся выговаривать:
— Чудовища! Это вы сожрали моего бедного Мартина! Подойдя вплотную к стене, он начал стыдить большого королевского тигра, более безобидного, чем все остальные.
— Фи! Как это дурно! — возмущался Пьеро. — Фи! Как это гнусно, мсье, то, что вы сделали!