"Капитанъ нашъ тотчасъ приказалъ опять разводить пары, чтобъ догнать лодку. Но несчастью, Велосъ быль плохой ходокъ, а лодка была восемнадцать часовъ впереди. Не было надежды догнать ихъ прежде Джема-Разуатъ. Всѣ увѣрены были, что далѣе этого они не пойдутъ въ такомъ слабомъ суднѣ.
"Море болѣе-и-болѣе волновалось. Вѣтеръ крѣпчалъ и все былъ противный. На высотѣ Уафаринскихъ Острововъ капитанъ поставилъ часоваго на марсели. Настала ночь темная и дождливая. Къ разсвѣту мы были на высотѣ Малуенасской Губы. Во всю ночь не было никакихъ свѣдѣній о лодкѣ. Около одиннадцати часовъ обогнули мы Трафоркаскій Мысъ. Мы плыли довольно-близко къ берегу, чтобъ не пропустить ни одного судна.
"Подходя къ Джема-Разуату, двѣ лодки обратили наше вниманіе, но, посредствомъ подзорной трубы, мы удостовѣрились, что это простыя рыболовныя суда.
За полмили недоходя до Джема-Разуата, бросили мы якорь. Весь городъ былъ въ движеніи. Пароходъ нашъ видимо обращалъ на себя все вниманіе. Черезъ десять минутъ увидѣли мы, что къ намъ ѣдетъ капитанъ гавани.
Едва только подъѣхалъ онъ на разстояніе, съ котораго можно было вести переговоры, мы спросили о плѣнникахъ, и онъ увѣдомилъ насъ, что они въ Джема-Разуатѣ, а мичманъ Дюрань отправился въ Оранъ для донесенія объ освобожденіи ихъ генералу д'Арбовилю."
Можно вообразить, съ какимъ нетерпѣніемъ спѣшили мы въ городъ. Несмотря на волненіе, бросились мы въ лодки и поплыли къ берегу. Тутъ встрѣтили мы полковника Мак-Магома, который пригласилъ насъ на обѣдъ, данный городомъ въ честь бывшихъ плѣнныхъ. Вскорѣ увидѣлись мы и съ этими героями-страдальцами. Объятія, возгласы, радостныя слезы, разсказы, остроты, шумъ и смѣхъ -- вотъ что было при встрѣчѣ.
Истощивъ всѣ общія мѣста этого свиданія, я подалъ голосъ, чтобъ до обѣда отправиться всѣмъ на могилу капитана Жеро, главнаго героя несчастной битвы при Сиди-Ибрагимѣ.
Всѣ согласились, и мы отправились. Какъ не разсказать для всеобщаго свѣдѣнія объ этомъ жестокомъ сраженіи!
VI.
Сраженіе при Сиди-Ибрагимѣ.