- Слышу, сударь, - пролепетала королева.
- Вы будете на этом балу?
- Да.
- И на вас будут ваши алмазные подвески?
- Да.
Королева стала ещё бледнее. Король заметил это и, упиваясь её тревогой с той холодной жестокостью, которая составляла одну из самых неприятных сторон его характера, проговорил:
- Итак, решено! Вот и всё, что я хотел сказать вам.
- Но на какой день назначен бал? - спросила Анна Австрийская.
Людовик XIII почувствовал, что ему не следует отвечать на этот вопрос: голос королевы был похож на голос умирающей.
- Весьма скоро, сударыня, - ответил король. - Но я не помню в точности числа, нужно будет спросить у кардинала.