- Вы не знаете, о чём они говорили?
- Вручив ей ларец, он сказал, что в нём она найдёт его распоряжения, и предложил ей вскрыть ларец только в Лондоне.
- Эта женщина была англичанка?
- Он называл её миледи.
- Это он! - прошептал де Тревиль. - Это он! А я полагал, что он ещё в Брюсселе.
- О сударь, - воскликнул д'Артаньян, - скажите мне, кто он и откуда, и я не буду просить вас ни о чём, даже о зачислении в мушкетёры! Ибо прежде всего я должен рассчитаться с ним.
- Упаси вас бог от этого, молодой человек! - воскликнул де Тревиль. - Если вы встретите его на улице - спешите перейти на другую сторону. Не натыкайтесь на эту скалу: вы разобьётесь, как стекло.
- И всё-таки, - произнёс д'Артаньян, - если только я его встречу…
- Пока, во всяком случае, не советую вам разыскивать его, - сказал де Тревиль.
Внезапно де Тревиль умолк, поражённый странным подозрением. Страстная ненависть, которую юноша выражал по отношению к человеку, якобы похитившему у него отцовское письмо… Кто знает, не скрывался ли за этой ненавистью какой-нибудь коварный замысел? Не подослан ли этот молодой человек его высокопреосвященством? Не явился ли он с целью заманить его, де Тревиля, в ловушку? Этот человек, называющий себя д'Артаньяном, - не был ли он шпионом, которого пытаются ввести к нему в дом, чтобы он завоевал его доверие, а затем погубил его, как это бывало с другими? Он ещё внимательнее, чем раньше, поглядел на д'Артаньяна. Вид этого подвижного лица, выражавшего ум, лукавство и притворную скромность, не слишком его успокоил.