На этот раз Бонасье побледнел так сильно, что д'Артаньян не мог этого не заметить и спросил, что с ним.
- Ничего, - ответил Бонасье, - ничего. Со времени моих несчастий я подвержен приступам слабости, которые находят на меня как-то внезапно, и вот только что я почувствовал, как по мне пробежал озноб. Не обращайте на меня внимания, у вас ведь есть другое занятие - предаваться своему счастью.
- В таком случае, я очень занят, так как я действительно счастлив.
- Пока ещё нет, подождите - вы ведь сказали, что это будет вечером.
- Что ж, благодарение богу, этот вечер придёт! И, быть может, вы ждёте его так же нетерпеливо, как я. Быть может, госпожа Бонасье посетит сегодня вечером супружеский кров.
- Сегодня вечером госпожа Бонасье занята! - с важностью возразил муж. - Её обязанности задерживают её в Лувре.
- Тем хуже для вас, любезный хозяин, тем хуже для вас! Когда я счастлив, мне хочется, чтобы были счастливы все кругом, но, по-видимому, это невозможно.
И молодой человек ушёл, хохоча во всё горло над шуткой, которая, как ему казалось, была понятна ему одному.
- Желаю вам повеселиться! - отвечал Бонасье замогильным голосом.
Но д'Артаньян был уже слишком далеко, чтобы услышать эти слова, да если бы он и услыхал, то, верно, не обратил бы на них внимания, находясь в том расположении духа, в каком он был.