- Дальше.
- Вместо того чтобы отправить письмо по почте, что никогда не бывает вполне надёжно, я воспользовался тем, что один из наших людей должен был ехать в Париж, и приказал ему лично вручить письмо этой герцогине. Ведь это и значило исполнить желание господина Портоса, который так сильно беспокоился об этом письме, не так ли?
- Приблизительно так.
- Так вот, сударь, известно ли вам, кто такая эта знатная дама?
- Нет, я слыхал о ней от Портоса, вот и всё.
- Известно ли вам, кто такая эта мнимая герцогиня?
- Повторяю вам, что я не знаю её.
- Это старая прокурорша из Шатле, сударь, госпожа Кокнар, которой по меньшей мере пятьдесят лет и которая ещё корчит из себя ревнивицу. Мне и то показалось странно: знатная особа - и живёт на Медвежьей улице!
- Почему вы знаете всё это?
- Да потому, что, получив письмо, она очень рассердилась и сказала, что господин Портос - ветреник и что он, наверное, получил удар шпагой из-за какой-нибудь женщины.