- Если вы не подчинитесь, - воскликнул он, - мы вас арестуем!
- Их пятеро, - вполголоса заметил Атос, - а нас только трое. Мы снова потерпим поражение, или нам придётся умереть на месте, ибо объявляю вам: побеждённый, я не покажусь на глаза капитану.
Атос, Портос и Арамис в то же мгновение пододвинулись друг к другу, а де Жюссак поспешил выстроить своих солдат.
Этой минуты было достаточно для д'Артаньяна: он решился. Произошло одно из тех событий, которые определяют судьбу человека. Ему предстояло выбрать между королём и кардиналом, и, раз выбрав, он должен будет держаться избранного. Вступить в бой - значило не подчиниться закону, значило рискнуть головой, значило стать врагом министра, более могущественного, чем сам король. Всё это молодой человек понял в одно мгновение. И к чести его мы должны сказать: он ни на секунду не заколебался.
- Господа, - сказал он, обращаясь к Атосу и его друзьям, - разрешите мне поправить вас. Вы сказали, что вас трое; но мне кажется, что нас четверо.
- Но вы не мушкетёр, - возразил Портос.
- Это правда, - согласился д'Артаньян, - на мне нет одежды мушкетёра, но душой я мушкетёр. Сердце моё - сердце мушкетёра. Я чувствую это и действую как мушкетёр.
- Отойдите, молодой человек! - крикнул де Жюссак, который по жестам и выражению лица д'Артаньяна, должно быть, угадал его намерения. - Вы можете удалиться, мы не возражаем. Спасайте свою шкуру! Торопитесь!
Д'Артаньян не двинулся с места.