- Нет, хотя бы это был мой родной брат! - ответил д'Артаньян как бы в порыве восторга.
Наш гасконец ничем не рисковал, он действовал наверняка.
- Мне нравится ваша преданность, - сказала миледи.
- Увы! Неужели это всё, что вам нравится во мне? - спросил д'Артаньян.
- Нет, я люблю и вас, вас! - сказала она, взяв его руку.
И д'Артаньян ощутил жгучее пожатие, от которого он весь затрепетал, словно и ему передалось волнение миледи.
- Вы любите меня! - вскричал он. - О, мне кажется, я схожу с ума!
И он заключил её в объятия. Она не сделала попытки уклониться от его поцелуя, но и не ответила на него.
Губы её были холодны: д'Артаньяну показалось, что он поцеловал статую.
И всё же он был упоён радостью, воспламенён любовью; он почти поверил в нежные чувства миледи, он почти поверил в преступление де Варда. Если бы де Вард оказался сейчас здесь, возле него, он мог бы его убить.