- Я хотела бы получить приказ, который заранее одобрял бы всё, что я сочту нужным сделать для блага Франции.
- Но сначала надо найти такую женщину, которая, как я сказал, желала бы отомстить герцогу.
- Она найдена, - сказала миледи.
- Затем надо найти того презренного фанатика, который послужит орудием божественного правосудия.
- Он найдётся.
- Вот тогда и настанет время получить тот приказ, о котором вы сейчас просили.
- Вы правы, ваше высокопреосвященство, - произнесла миледи, - и я ошиблась, полагая, что поручение, которым вы меня удостаиваете, не ограничивается тем, к чему оно сводится в действительности. Итак, я должна доложить его светлости, что вам известны все подробности относительно того переодевания, с помощью которого ему удалось подойти к королеве на маскараде, устроенном супругой коннетабля; что у вас есть доказательства состоявшегося в Лувре свидания королевы с итальянским астрологом, который был не кто иной, как герцог Бекингэм; что вы велели сочинить небольшой занимательный роман на тему о похождении в Амьене, с планом сада, где оно разыгралось, и с портретами его участников; что Монтегю в Бастилии и что пытка может принудить его сказать о том, что он помнит, и даже о том, что он, возможно, позабыл; и, наконец, что к вам в руки попало письмо госпожи де Шеврез, найденное в квартире его светлости и порочащее не только ту особу, которая его написала, но и ту, от имени которой оно написано. Затем, если герцог, не смотря на всё это, по-прежнему будет упорствовать, то, поскольку моё поручение ограничивается тем, что я перечислила, мне останется только молить бога, чтобы он совершил какое-нибудь чудо, которое спасёт Францию. Всё это так, ваше высокопреосвященство, и больше мне ничего не надо делать?
- Да, так, - сухо подтвердил кардинал.
- А теперь… - продолжала миледи, словно не замечая, что кардинал Ришелье заговорил с ней другим тоном, - теперь, когда я получила указания вашего высокопреосвященства, касающиеся ваших врагов, не разрешите ли вы мне сказать вам два слова о моих?
- Так у вас есть враги?