- Этот приказ относится не ко мне, - холодно ответила миледи, - в нём проставлено не моё имя.
- Имя! Да разве оно у вас есть?
- Я ношу фамилию вашего брата.
- Вы ошибаетесь: мой брат был вашим вторым мужем, а ваш первый муж жив ещё. Назовите мне его имя, и я поставлю его вместо имени Шарлотты Баксон… Не хотите? Нет?.. Вы молчите? Хорошо. Вы будете внесены в арестантский список под именем Шарлотты Баксон.
Миледи продолжала безмолвствовать, но на этот раз не из обдуманного притворства, а от ужаса: она вообразила, что приказ тотчас же будет приведён в исполнение. Она подумала, что лорд Винтер ускорил её отъезд; подумала, что ей предстоит уехать сегодня же вечером. На минуту ей представилось, что всё потеряно, как вдруг она заметила, что приказ не скреплён подписью.
Радость, вызванная в ней этим открытием, была так велика, что она не могла утаить её.
- Да, да… - сказал лорд Винтер, подметивший, что с ней творится, - да, вы ищете подпись, и вы говорите себе: «Не всё ещё потеряно, раз этот приказ не подписан; мне его показывают, только чтобы испугать меня». Вы ошибаетесь: завтра этот приказ будет послан лорду Бекингэму, послезавтра он будет возвращён, подписанный им собственноручно и скреплённый его печатью, а спустя ещё двадцать четыре часа, ручаюсь вам, он будет приведён в исполнение. Прощайте, сударыня. Вот всё, что я имел вам сообщить.
- А я отвечу вам, милостивый государь, что это злоупотребление властью и это изгнание под вымышленным именем - подлость!
- Вы предпочитаете быть повешенной под вашим настоящим именем, миледи? Ведь вам известно, что английские законы безжалостно карают преступления против брака. Объяснимся же откровенно: хотя моё имя или, вернее, имя моего брата оказывается замешанным в эту позорную историю, я пойду на публичный скандал, чтобы быть вполне уверенным, что раз и навсегда избавился от вас.
Миледи ничего не ответила, но побледнела как мертвец.