- I am lost![41] - прошептала по-английски миледи. - I must die![42]
И она без чьей-либо помощи встала и окинула всё вокруг себя одним из тех пронзительных взглядов, которые, казалось, возгорались, как пламя.
Она ничего не увидела.
Она прислушалась, но ничего не уловила.
Подле неё не было никого, кроме её врагов.
- Где я умру? - спросила она.
- На том берегу, - ответил палач.
Он посадил её в лодку, и, когда он сам занёс туда ногу, Атос протянул ему мешок с золотом.
- Возьмите, - сказал он, - вот вам плата за исполнение приговора. Пусть все знают, что мы действуем как судьи.
- Хорошо, - ответил палач. - А теперь пусть эта женщина тоже знает, что я исполняю не своё ремесло, а свой долг.