-- Клянусь нашимъ Богомъ! Довольны вы?
-- Хорошо, до наступающей ночи.
И онъ вышелъ изъ комнаты, заперъ за собою дверь и сталъ ждать, стоя у двери съ пикой солдата въ рукѣ, какъ будто замѣняя часового.
Когда солдатъ вернулся, Фельтонъ передалъ ему его оружіе.
Тогда черезъ дверное окошечко, къ которому подошла милэди, она увидѣла, съ какой лихорадочной набожностію Фельтонъ перекрестился и пошелъ по коридору внѣ себя отъ восторга.
Она вернулась на свое мѣсто съ улыбкой дикаго презрѣнія на губахъ и съ богохульствомъ призывая Бога, того Бога, именемъ Котораго она только что поклялась, никогда не научившись познавать Его.
-- Боже мой! сказала она:-- какой безумный фанатикъ! Боже мой! я все та же, и онъ мнѣ поможетъ отомстить за себя.
XXIX.
Пятый день плѣна.
Между тѣмъ милэди наполовину уже торжествовала побѣду, и успѣхъ удвоилъ ея силы.