-- О, объ этомъ не можетъ быть рѣчи; я сама остановилась на этой мысли и скроюсь гдѣ-нибудь въ нѣсколькихъ лье отсюда до тѣхъ поръ, пока за мной не пріѣдетъ братъ... Хотите, я увезу васъ съ собой, мы спрячемся и будемъ ждать вмѣстѣ?
-- Но меня не пустятъ: я здѣсь какъ заключенная.
-- Такъ какъ думаютъ, что я уѣзжаю но требованію кардинала, то имъ и въ голову не придетъ предположить, что вы очень спѣшите присоединиться ко мнѣ.
-- Ну.
-- Карета будетъ стоять у воротъ, вы захотите со мной проститься и станете на подножку, чтобы въ послѣдній разъ обнять меня: лакей брата, котораго онъ за мной пришлетъ, уже предупрежденъ -- онъ сдѣлаетъ знакъ кучеру, и мы ускачемъ въ галопъ.
-- Но если пріѣдетъ д'Артаньянъ, если пріѣдетъ д'Артаньянъ?
-- Развѣ мы этого не узнаемъ?
-- Какимъ образомъ?
-- Да ничего не можетъ быть легче. Мы пошлемъ въ Бетюнь лакея моего брата, которому, я вамъ повторяю, мы можемъ вполнѣ довѣриться; онъ переодѣнется и помѣстится напротивъ монастыря: если пріѣдутъ шпіоны кардинала, онъ не двинется съ мѣста; если пріѣдетъ д'Артаньянъ со своими друзьями, онъ проводитъ ихъ къ намъ.
-- Развѣ онъ ихъ знаетъ.