Вдругъ она остановилась, зловѣщая молнія блеснула въ ея глазахъ; она подбѣжала къ столу и что-то всыпала въ рюмку г-жи Бонасье, стоявшую съ виномъ, изъ камня своего перстня, который она открыла съ поразительной быстротой.
Это было какое-то красноватое зернышко, которое тотчасъ же растаяло. Затѣмъ, взявъ твердой рукой стаканъ, она сказала:
-- Выпейте, это вино придастъ вамъ силы, выпейте.
И она поднесла стаканъ къ губамъ молодой женщины, которая машинально выпила.
-- Ахъ, не такъ мнѣ хотѣлось отомстить за себя, произнесла милэди, ставя съ адской улыбкой стаканъ на столъ:-- но что же дѣлать, приходится сдѣлать только то, что возможно.
И она бросилась изъ комнаты.
Г-жа Бонасье видѣла, какъ она убѣжала, но не могла за ней послѣдовать; она была въ положеніи тѣхъ людей, которые видятъ во снѣ. что ихъ преслѣдуютъ, и не могутъ двинуться съ мѣста.
Прошло нѣсколько минутъ, у воротъ раздался страшный стукъ; каждую минуту г-жа Бонасье ждала возвращенія милэди, которая, однако, не появлялась.
Нѣсколько разъ, безъ сомнѣнія, отъ страха, холодный потъ выступалъ у нея на лбу.
Наконецъ она услышала скрипъ отворявшихся рѣшетокъ, и на лѣстницѣ раздался стукъ сапогъ и шпоръ; послышались голоса, которые все болѣе и болѣе приближались, и ей показалось, что произносили ея имя.