Д'Артаньянъ схватилъ руки Атоса съ невыразимой тоскою.
-- А что ты думаешь?.. началъ д'Артаньянъ, и голосъ его прервался отъ рыданій.
-- Я допускаю нсе, отвѣчалъ Атосъ, кусая губы до крови, чтобы скрыть свое волненіе.
-- Д'Артаньянъ, д'Артаньянъ! вскричала г-жа Бонасье:-- гдѣ ты? не оставляй меня, ты видишь, я умираю.
Д'Артаньянъ выпустилъ руки Атоса, которыя онъ еще судорожно сжималъ, и подбѣжалъ къ г-жѣ Бонасье.
Ея нѣкогда прекрасное лицо страшно измѣнилось; помутившіеся глаза ничего уже болѣе не выражали; судорожная дрожь пробѣгала по всему тѣлу, и холодный потъ покрывалъ лобъ.
-- Ради Бога, бѣгите, позовите кого-нибудь... Портосъ, Арамисъ, помогите.
-- Безполезно, сказалъ Атосъ -- безполезно: противъ яда, который даетъ она, нѣтъ противоядія.
-- Да, да, помогите, помогите!-- шептала г-жа Бонасье:-- помогите.
Затѣмъ, собравъ послѣднія силы, она взяла обѣими руками голову молодого человѣка, съ минуту смотрѣла на него такъ, точно хотѣла въ этомъ послѣднемъ взглядѣ перелить всю свою душу, и съ рыданіемъ прижала свои губы къ его губамъ.