- Он вас повесил? Но я считал, напротив, что это вы ему оказали такую печальную услугу.
- Ну да, конечно! Я уверен был, что хорошо его повесил. А оказалось, что ошибся! Но как это он не воспользовался моментом, пока я висел, и не спасся?
Я подошел к трупу и приподнял его. Он был застывший и холодный.
- Да потому, что он мертв, - сказал я.
- Мертв, - повторил палач. - Мертв! А, черт, это еще хуже. В таком случае надо спасаться, господин аббат, надо спасаться!
И он встал.
- Нет, - передумал он, - лучше я останусь, а то он еще, чего доброго, погонится за мной. А вы святой, и вы меня защитите.
- Друг мой, - сказал я палачу, пристально глядя на него, - тут что-то неладно. Вы только что спрашивали меня, зачем я пришел сюда в этот час. В свою очередь, я вас спрашиваю: зачем пришли вы сюда?
- Ах, господин аббат, все равно придется рассказать вам об этом на исповеди или как-то иначе. Ладно! Я и так вам скажу. Но слушайте...
Он попятился назад.