Лицо ее было спокойное, почти счастливое.
- Господин аббат, - произнесла она, - я пришла поблагодарить вас. Вчера, когда пробило полночь в церкви Божьей Матери, ко мне явился мой муж и сказал: "Завтра утром отправляйся к аббату Муллю и скажи ему, что милостью его и Божьей Матери я спасен".
XI. Волосяной браслет
- Мой милый аббат, - сказал Аллиет, - я вас очень уважаю и питаю глубокое почтение к Казотту. Я вполне допускаю влияние вашего злого гения, но вы забываете нечто, чему я сам служу примером, - что смерть не убивает жизни, ведь она не более чем превращение человеческого тела; смерть убивает память, вот и все. Если бы память не умирала, каждый помнил бы все переселения своей души от сотворения мира до наших дней. Философский камень не что иное, как эта тайна; эту тайну открыл Пифагор, и ее же заново открыли граф Сен-Жермен и Калиостро; этой тайной, в свою очередь, обладаю я; мое тело может умереть; я положительно помню, что оно умирало уже четыре или пять раз, и даже если я говорю, что мое тело умрет, я ошибаюсь. Существуют некоторые тела, которые не умирают, и я одно из таких тел.
- Господин Аллиет, - сказал доктор, - можете ли вы заранее дать мне позволение?
- Какое?
- Вскрыть вашу могилу через месяц после вашей смерти?
- Через месяц, через два месяца, через год, через десять лет, - когда вам угодно, доктор. Только примите меры предосторожности... так как, причиняя вред моему трупу, вы можете повредить другому телу, в которое вселится моя душа.
- Итак, вы верите в эту нелепость?
- Мне заплатили, чтобы я верил: я видел.