Я машинально подошел к ней. На дне стояла вода. Бедные, холодные, обнаженные трупы, - их бросят в эту воду, холодную, как и они!
Подойдя к яме, я поскользнулся и чуть было не свалился туда - волосы у меня встали дыбом. Промокший и дрожащий, я направился в свою лабораторию.
Это была, как я уже сказал, старая часовня. Я поискал глазами, - почему, не знаю, - не осталось ли на стене или там, где был алтарь, следов культа. Ни на стене, ни на месте алтаря ничего не было. Там, где находилась когда-то дарохранительница, то есть Бог и жизнь, теперь царствовала смерть.
Я зажег свечу и поставил ее на стол для опытов, весь заставленный инструментами странной формы, которые изобретены были мною. Я сел и предался размышлениям о бедной королеве, которую я видел столь красивой, столь счастливой, столь любимой, а накануне, когда ее везли в тележке на эшафот, толпа сопровождала ее проклятиями. Теперь же, в этот час, после того, как голову ее отделили от туловища, она покоилась в гробу для бедных, - она, спавшая среди золоченой роскоши Тюильри, Версаля и Сен-Клу.
Пока меня обуревали эти мрачные размышления, дождь усилился, задул свирепый ветер. К завываниям ветра присоединились мрачные раскаты грома, только гром этот грохотал не в облаках, а над землей - то был грохот кровавой телеги, приехавшей с площади Революции и въезжавшей в Кламар.
Дверь маленькой часовни открылась, и два человека, с которых струилась вода, внесли мешок. Один из них был Легро, которого я посетил в тюрьме, другой - могильщик.
"Вот, господин Ледрю, - сказал помощник палача, - к вашим услугам. Вам нечего торопиться сегодня вечером; мы оставляем у вас всю свиту до завтра. Они не схватят насморка, проведя ночь на свежем воздухе".
И эти два служителя смерти с отвратительным смехом положили мешок в угол, возле прежнего алтаря.
Затем они ушли, не заперев дверь, которая стала хлопать; от ворвавшегося ветра пламя свечи заколебалось; свеча горела тускло, стекая около черного фитиля.
Я слышал, как они отвязали лошадей, заперли кладбище и уехали, бросив телегу, полную трупов.