Послали за новыми веревками, сделали новые петли и собрались опять накинуть их на смертников. В эту минуту они громко крикнули:
- Да здравствует Россия, да здравствует свобода! За нас отомстят!
Этот грозный крик замер без всякого отклика, натолкнувшись на стену молчания. Люди, возгласившие свободу России, опередили свой век на целое столетие!
Настала очередь приговоренных к ссылке. Им прочитали приговор, по которому они лишались чинов, орденов и имущества. Затем с них сорвали эполеты и все ордена, которые палач бросил в огонь, и над головой каждого из них сломали его шпагу.
После этого их отвели обратно в каземат. Место казни опустело. Остались только часовые.
Я вернулся к Луизе и увидел ее на коленях: она молилась и плакала.
- Ну, что? - спросила она меня.
- Что ж, - сказал я, - те, кто должен был умереть, - умерли, те, кто должен жить, - будут жить.
Луиза задумалась.
- Не знаете ли, - спросила она меня, - сколько отсюда до Тобольска?