- Сударь, - сказал он, - сюда приехала дама из Петербурга специально для того, чтобы повидаться со мной. Она перенесла в дороге тысячи лишений, чуть не погибла. Неужели я не смогу ее увидеть?
- Нет, - спокойно ответил ротмистр, - вы знаете, что арестантам запрещены свидания с женщинами.
- Однако князю Трубецкому это было разрешено.
- Да, - согласился ротмистр, - но ведь то была его жена.
- Ну а если эта женщина станет моей женой, она будет допущена ко мне?
- Ну, конечно.
- О, - вздохнул с облегчением Анненков, точно с плеч его свалилась гора. - Тогда я попрошу пригласить сюда священника, а вас, - обратился он ко мне, - быть шафером на моей свадьбе.
Я обнял его молча, не будучи в силах произнести ни слова.
- Скажите же Луизе, - попросил меня Анненков, прощаясь со мной, - что завтра мы с нею увидимся.
На другой день, в десять часов утра, произошло бракосочетание графа Анненкова с девицей Луизой Дюпюи. В сельскую церковь явились мы с Луизой, а вслед за нами Анненков с Трубецким и остальные ссыльные. Здесь, после долгой разлуки, Луиза и Алексей наконец увидели друг друга и, молча преклонив колена перед алтарем, обменялись одним-единственным словом.