-- Готовьтесь к бою! -- орала толпа.
-- Нет, никакого боя не будет! -- сказал Самуил. -- Университет достаточно показал свою храбрость. Наши товарищи освобождены, следовательно, честь спасена. Остракизм произнесен. А для приведения в действие нашего решения вы во мне не нуждаетесь.
-- Так неужели ты хочешь, чтобы мы допустили арестовать тебя? -- спросил испуганно Трихтер.
-- О! -- усмехнулся Самуил. -- Будь покоен, это им не удастся! Я и один сумею вырваться из их когтей. Итак, значит, решено: завтра утром Гейдельберг будет не в Гейдельберге, а там, где буду я. Что же касается формальностей переселения, Трихтеру все это прекрасно известно, а я отправлюсь приготовлять жилища на нашем Авентинском холме. Придя туда, вы найдете университетское знамя уже водруженным.
-- Где же это? -- раздались голоса.
-- В Ландеке! -- ответил Самуил. И толпа заволновалась и загудела:
-- В Ландек! Идем в Ландек! Что такое Ландек? Ничего! Ландека еще нет, а придем мы, так будет Ландек! Ура! Да здравствует Ландек!
-- Все это хорошо, -- заметил Самуил, -- но посторонитесь-ка. Мне ведут коня. Студент, с которым он о чем-то шептался, ехал верхом. Он спешился, а Самуил сел на коня.
-- Дайте сюда знамя! -- скомандовал он.
Ему подали знамя, свернув его. Самуил прикрепил его к седлу, взял пару пистолетов, саблю и сказал: