-- Притом же вы найдете там ваших политических врагов, -- прибавила Нанона. -- Да, может быть, и ваше лицо там столько же известно, сколько и лицо Каноля, только в другом смысле.
-- О, это бы ничего не значило, если бы поручение, как уверял герцог, действительно имело целью спасение Франции. Поручение избавило бы посланного от бед. Такая важная услуга влечет за собою помилование, и прощение за прошедшее есть всегда первое условие всякого политического превращения. Итак, поверьте мне, милая сестрица, не вы можете предлагать мне условия, а я вам.
-- Что же это за условия?
-- Во-первых, как я вам сейчас говорил, первое условие всякого трактата -- всепрощение.
-- А еще?
-- Уплата по счетам.
-- Так я вам еще должна?
-- Вы должны мне сто пистолей, который я просил у вас, и в которых вы изволили отказать мне так бесчеловечно.
-- Вот вам двести.
-- Бесподобно! Теперь я узнаю вас, Нанона.