Аршин, которым бедный разносчик мерил товары, показался Помпею мушкетом.
-- Узнай, друг мой, -- величественно сказал Помпей, -- что мы не грабители, а люди военные, и путешествуем ночью, потому что ничего не боимся. Ступай, ты свободен.
-- Вот, друг мой, -- прибавил виконт ласковым своим голосом, -- вот тебе полпистоля за то, что мы напугали тебя, и желаю счастливого пути!
Виконт белою маленькою ручкою подал деньги бедняку, который ушел, благодаря небо за такую счастливую встречу.
-- Вы напрасно это сделали, виконт. Да, напрасно вы это сделали, -- сказал Помпей минут через двадцать.
-- Да что такое?
-- Зачем дали вы денег этому человеку? Ночью никогда не должно показывать, что у вас есть деньги. Помните, этот трус прежде всего закричал, что при нем вовсе нет денег?
-- Правда, помню, -- сказал виконт с улыбкой. -- Но ведь он трус, как ты говоришь, а мы напротив того, как ты видишь, храбрые, военные люди и ничего не боимся.
-- Между "бояться" и "быть осторожным", виконт, такое же огромное расстояние, какое между трусостью и неблагоразумием. Извольте видеть, повторяю, неблагоразумно показывать незнакомому человеку, встретившемуся на большой дороге, что у вас есть деньги.
-- Но когда незнакомец один и без оружия?