Сердце юноши радостно забилось: это счастливое " мы " становилось любимою формулою виконтессы де Канб.
-- Погубить вас, великодушного и благородного человека! -- сказала она. -- О, нет, нет, никогда! Как я могу спасти вас? Говорите, говорите!
-- Надобно позволить мне, виконтесса, доиграть мою роль до конца. Надобно, как я уже говорил вам, уверить всех, что вы обманули меня. Тогда я дам отчет кардиналу Мазарини в том, что я вижу, а не в том, что я знаю.
-- Да, но если узнают, что вы сделали все это для меня, если узнают, что мы уже встречались, что вы уже видали меня, тогда я погибну! Подумайте!
-- Не думаю, -- возразил Каноль, удачно притворяясь задумчивым, -- не думаю, чтобы вы, при вашей холодности ко мне, могли когда-нибудь изменить тайне... Ведь ваше сердце спокойно...
Клара молчала, но быстрый взгляд и едва приметная улыбка, невольно вырвавшаяся у прелестной пленницы, отвечали Канолю так, что он почувствовал себя счастливейшим человеком в мире.
-- Так я останусь? -- спросил он с улыбкой, которую описать невозможно.
-- Что ж делать, если нужно! -- отвечала Клара.
-- В таком случае, я стану писать депешу к Мазарини.
-- Ступайте.