-- Но он страшно крив, кажется мне, -- заметил Ковиньяк, повторяя прежний жест рукою.
-- Тем лучше, милостивый государь, тем лучше, вы будете ставить его на передовые посты и он будет разом смотреть направо и налево, между тем как другие видят только прямо.
-- Это очень выгодно, согласен, но вы понимаете, теперь казна истощена, тяжба пушечная стоит еще дороже, чем бумажная. Король не может принять на себя обмундировку этих двух молодцов, довольно того, что казна их научит и будет содержать.
-- Милостивый государь, -- сказал прокурор, -- если только это нужно для доказательства моей преданности королю... Так я решусь на пожертвование.
Ковиньяк и Барраба перемигнулись.
-- Что думаете вы? -- спросил Ковиньяк у товарища.
-- Кажется мне, что господин прокурор действует откровенно, -- ответил подставной сборщик.
-- И, стало быть, надобно поберечь его. Дайте ему квитанцию в пятьсот ливров.
-- Пятьсот ливров!
-- Квитанцию с объяснением, что эти деньги пожертвованы господином прокурором на обмундировку двух солдат, которых он приносит в дар королю, чтобы показать их усердие и преданность.