Колиньи через несколько месяцев, хотя и начал было поправляться, умер от раны. Судьбой определено было, что дом Гизов должен быть пагубен для дома Колиньи.
Герцогиня Лонгвиль в поражении своего защитника потеряла все выгоды победы над г-жой Монбазон, и по этому случаю была написана песня, которую ее брату, герцогу Энгиенскому, до возвращения в армию часто приходилось слышать на улицах Парижа:
Отрите Вы свои прекрасные глаза,
Прелестная Лонгвиль, зачем Вам сокрушаться?
Пусть взоров не мрачит горячая слеза,
Здоровье Колиньи уж стало улучшаться.
И если он желал еще на свете жить.
То нет, не Вам его за это хулить, конечно.
Ведь только для того, чтоб вечно Вас любить
Он, бедный, хочет жить на этом свете вечно.