-- Действительно, это самое лучшее средство, -- отвечал Ришелье.
-- Но, -- возразил великий приор, -- прежде нужно получить заверения, что моему брату не будет никаких неприятностей, когда он явится ко двору.
-- Послушайте, -- сказал кардинал, -- обстоятельства как нельзя лучше устраивают дело, и герцог Вандомский будет избавлен от половины пути. Король хочет ехать веселиться в Блуа, так вы отправляйтесь в Бретань и приезжайте в Блуа вместе с герцогом. Что же касается ручательства, которое вы требуете, то его вам может дать сам король, и я надеюсь, что в этом вы не получите отказа.
-- Итак, я надеюсь и поеду тотчас после аудиенции у его величества.
-- Ожидайте у себя приказания, оно не замедлит. Великий приор вышел от министра, восхищенный разговором и вполне убежденный, что скоро будет адмиралом.
На другой день приор был приглашен в Лувр -- министр сдержал слово. Луи XIII принял его чрезвычайно ласково, говорил с ним об удовольствиях, ожидающих его в Блуа, и приглашал его и брата на охоту в Шамбор.
-- Но, -- сказал великий приор, -- брат мой знает, что ваше величество предубеждены против него и может быть мне будет трудно убедить его оставить свою провинцию.
-- Пусть приезжает, -- отвечал Луи XIII, -- пусть смело приезжает, я даю мое королевское слово, что ему сделают не больше зла, чем вам.
Великий приор не понял двусмысленности этого ответа и уехал.
Прежде, чем Ришелье решился начать борьбу с тремя сыновьями Анри IV, он захотел испытать, до какой степени простирается его власть над умом короля и послал Луи XIII следующее письмо: