-- Ваше Высочество! Вы, по-видимому, бились с кем-нибудь об заклад, что так будете обходиться с кавалером Сен-Жоржем! Если это так, то вы давно уже заклад выиграли, поэтому я советую вам впредь обращаться с ним получше!
В другой раз, устав от ребяческих шалостей, которыми герцог занимался во время военного совета, Гамаш сказал ему:
-- Ваше высочество! Какие шалости вы ни выдумаете, при всех ваших способностях, при всем уме, которым вы одарены, ваш сын герцог Бретанский останется все-таки вашим учителем в этом деле!
А когда однажды герцог Бургундский задержался в церкви, в то время как французские войска уже вступили в сражение с неприятелем. Гамаш взял его за руку и сказал:
-- Не знаю, ваше высочество, получите ли вы Царство Небесное, но что касается царства земного, то ваши противники, надо сказать, стараются много лучше!
Герцог Бургундский оставил "Правила", представляющиеся странными для человека его лет и того времени: "Короли сотворены для подданных, а не подданные для королей; короли должны наказывать, руководствуясь правосудием, поскольку они -- стражи законов; короли должны награждать, так как награды являются их долгами, но никогда не должны давать подарки, поскольку, не имея ничего собственно им принадлежащего, они могут дарить лишь в ущерб народу".
Однажды герцогу захотелось купить для своих парадных комнат новую мебель, но, найдя ее слишком дорогой, он отказался от покупки. Один из придворных вздумал посмеяться над скупостью герцога.
-- Милостивый государь! -- ответил ему тот. -- Народы могут быть обеспечены в необходимом только тогда, когда их государи отказывают себе в своих прихотях!
Со смертью герцога Бургундского титул дофина перешел к старшему из его сыновей, герцогу Бретанскому, но и ему он принес несчастье. 6 марта оба сына герцога Бургундского заболели. Король, почувствовавший, что рука Божья тяготеет над его домом, приказал немедленно их крестить и поименовать Луи. Старшему было 5 лет, младшему едва ли 2 года; 8 марта герцог Бретанский умер, и на той же погребальной колеснице свезли в Сен-Дени отца, мать и сына.
Маленький герцог Анжуйский, ставший впоследствии королем под именем Луи XV, еще питался грудью. Герцогиня Вантадур взяла его на свое попечение и при помощи женщин, взяв на себя всю ответственность, презрев все угрозы, защитила его от медиков, не позволяла ни пускать кровь, ни давать какие-нибудь лекарства. Кроме того, поскольку о смерти родителей носились самые зловещие слухи, то герцогиня Вантадур попросила у графини Верю противоядие, которое она получила от герцога Савойского и которое ее спасло в одном отчаянном случае. Этому противоядию, которое герцогиня давала принцу, приписывают сохранение его жизни. Когда Луи XIV узнал о смерти герцога Бретанского, он пришел к герцогу Беррийскому и, нежно поцеловав, сказал: