-- Когда вы приехали, батюшка?
-- Вчера вечером.
-- Вы остановились, как и всегда, у меня?
-- Да.
-- Мне очень жаль, что я не мог вас встретить.
Я ждал сейчас же после этих слов нравоучения, которое читал на холодном, лице отца, но он ничего не ответил, запечатал письмо и велел Жозефу отправить его на почту.
Когда мы остались одни, отец встал и сказал, прислонившись к камину:
-- Нам предстоит, милый Арман, очень серьезный разговор.
-- Я слушаю вас, батюшка.
-- Ты мне обещаешь быть откровенным?