Так прошло много времени. В моей памяти мало-помалу сглаживалось непосредственное впечатление, но воспоминание оставалось. Я путешествовал. Связи, привычки, занятия вытеснили память о той встрече, и когда я вспоминал об этом происшествии, то видел в нем только страсть очень молодого человека, страсть, над которой позже смеются.
В конце концов жизнь одержала победу над воспоминанием; я потерял Маргариту из виду со времени ее отъезда и, как я вам уже рассказывал, когда она прошла мимо меня по коридору "Варьете", не узнал ее. Правда, она была под вуалью, но раньше, два года тому назад, мне не нужно было бы видеть ее лицо, чтобы узнать, я бы почувствовал ее.
Мое сердце все-таки забилось, когда я узнал, что это она, и двух лет, проведенных в разлуке, словно не бывало.
VIII
-- Однако, поняв, что я по-прежнему влюблен, -- продолжал Арман после небольшой паузы, -- я вместе с тем почувствовал себя сильнее, чем раньше, и у меня было желание встретиться с Маргаритой, чтобы показать ей, что я больше не нуждаюсь в ней.
Какими доводами, какими уловками пользуется сердце, чтобы добиться желаемых результатов!
Я не мог дольше оставаться в коридоре, вернулся на свое место в партере и окинул быстрым взглядом всю залу, чтобы найти ее ложу.
Маргарита была в бенуаре совсем одна. Она сильно изменилась, как я вам говорил, и на ее губах я уже не находил больше безразличной улыбки. Она много выстрадала и, видимо, не переставала страдать.
Уже наступил апрель, а она была одета по-зимнему -- вся в бархате.
Я смотрел на нее так упорно, что мой взгляд привлек ее внимание.