V
Часто проводил Эдмон вечера на улице Годо, в скромной квартирке Нишетты, вкус и привычки Густава сообщили уже которой несколько комфорта и роскоши.
Нишетта постоянно сидела за работой, наклоняя свою хорошенькую головку то на ту, то на другую сторону, чтобы видеть сделанное ее иглою.
В эти минуты она была похожа на пастушку, кокетливо смотрящуюся в чистое зеркало озера.
Густав требовал, чтоб она не жалела денег на наряды, и ее золотые волнистые волосы, прикрытые самыми прихотливыми чепчиками -- сплетением кружев, лент и тюля, -- казались короной, венчавшей ее хорошенькую головку.
Г-жа де Пере знала, что эта связь вечно не может продолжаться, но чистая любовь Нишетты до того ее тронула, что она почла долгом быть внимательной и даже несколько покровительствовать женщине, любимой другом ее сына.
Г-жа де Пере была слишком чиста и потому выше предрассудков: не показывая виду, что ей известны отношения Густава к Нишетте, она полюбила ее, как дочь, тактом умной женщины совершенно сгладив резкое различие в их общественном положении.
Добрая девушка, понимая всю ее деликатность, готова была за нее в огонь и в воду.
Войдя в будуар матери, Эдмон поцеловал ее руку и по обыкновению сел у ее ног на подушке.
-- Где ты был сегодня? -- спросила г-жа де Пере.