3) на опытных сеансах допускается лишь небольшое число свидетелей, связанных взаимной симпатией, интересующихся исследованиями, без увлечения и предвзятого мнения, не требующих всегда собственной проверки реальности происходящих явлений;
4) собрания должны происходить в комнате, далёкой от уличного шума, и должна быть полнейшая тишина, как в этой комнате, так и в соседних. Необходимо также, чтобы комната для опытов была всегда одна и та же, так как явления в ней получаются легче, чем в комнатах, где не производят опытов.
Время наиболее благоприятное для опытов -- после полудня, от трёх часов дня до одиннадцати вечера. Утром необходимые обмены между экспериментатором и субъектом с одной стороны, между субъектом и призраком с другой, происходят, повидимому, труднее, чем от 8 до 10 часов вечера.
Рейхенбах уже замечал, что световые явления в тёмной комнате возрастают с известного часа, достигая максимума около десяти часов вечера, а затем уменьшаются, нисходя до минимума от 4 до 5 часов утра.
Когда призрак хорошо сгущён, он расположен к действию и способен производить некоторые явления; его вид тогда весьма привлекателен для ясновидящих, которые охотно подходят к нему. Его тело состоит из мириадов световых частиц, как будто независимых друг от друга, которые постоянно делают очень быстрые вибрационные движения, волнообразно передающиеся окружающей среде и вызывающие иногда слишком сильную симпатию, между призраком и ясновидящими субъектами, присутствующими при раздвоении. Независимо от этих молекулярных движений, различные части тела оживлены более грубыми волнообразными движениями. которые медленно передаются сверху вниз, как маленькие волны под дуновением лёгкого ветерка. В большинстве случаев, эти волны идут из двух главных центров: 1) области, где берёт начало флюидический шнур и 2) вершины головы.
Чем определяются эти два центра совместных движений и для чего они служат? -- Очевидно, что первые волны идут из физического тела через шнур и что он приносит материю, составляющую тело призрака. Вторые, более высшего рода, так как они блестящие и приятные на вид, как будто указывают место прилива силы, оживляющей эту материю.
Эту гипотезу тем легче можно принять, что по мнению теософов тело мысли, обиталище высшей силы, управляющей организмом, не имеет формы последнего, так как оно, по словам Анни Безант, "яйцеобразное тело, которое проникает в тела астральное и физическое и выходит за пределы их, образуя вокруг них лучезарную атмосферу...". У нас обиталищем мысли и волн будет, конечно, мозг, т. е. верхняя часть тела. Если признать то же самое для тела мысли, что весьма вероятно, то эта же самая часть призрака будет обиталищем, центром излияния силы в органическую материю призрака.
В доказательство этой гипотезы я прибавлю, что один из моих субъектов, г-жа Франсуа, всегда, уверяла меня, что видит над очень блестящей головой призрака "как бы большой блестящий шар яркого блеска, бросающий лучи во все стороны". Это буквальное её выражение, которое она употребила на первом сеансе раздвоения, и не изменявшееся в последствии. На волрос о роли, которую играет этот "шар" в обычных явлениях жизни, она ответила мне без малейшего колебания: "Это обиталище мысли и волн".
Субъекты из слабых ясновидящих не видят этого шара; г-жа Ламбер увидела его лишь через 6-8 месяцев опытов, хотя я не предлагал ей никаких вопросов по этому поводу. Сильные ясновидящее, свидетели раздвоения, видят его совершенно ясно, не будучи раздвоены.
Бросим теперь беглый взгляд на главные причины, препятствующие образованно призрака и помогающие его распадению, когда он хорошо образовался.