-- Какъ насчетъ обѣда?-- спросилъ онъ голосомъ, которому попытался придать беззаботную интонацію.
-- Уходите!-- проворчала Селина:-- я не хочу обѣдать.
-- Но я хочу!
-- Ну и стряпайте сами!-- отвѣтила миссъ Виккерсъ, не поворачивая головы:-- я могу украсть картофелину...
-- Не говорите вздора.
-- Я не воровка,-- продолжала миссъ Виккерсъ,-- я работаю болѣе чѣмъ кто-либо въ Винчестерѣ и не поживилась чужимъ фартингомъ. Я бѣдна, но честна.
-- Всѣ это знаютъ,-- поспѣшилъ поддакнуть капитанъ.
-- Вы сказали, что бумага вамъ не нужна!-- воскликнула она наконецъ, обернувшись къ нему.-- Я слышала это моими собственными ушами,-- иначе я не взяла бы ее. Если они вернутся, вы получите вашу долю. Вы и сами не воспользовались кладомъ, и другимъ не давали воспользоваться. Да онъ -- и не вашъ,-- я слышала, какъ вы сами это говорили...
-- Хорошо, не станемъ больше объ этомъ говорить!-- прервалъ капитанъ.-- Если васъ спросятъ, можете сказать, что я зналъ о томъ, что бумага у васъ. Теперь ступайте и вложите ключъ.
Онъ бросилъ ключъ на столъ, и послѣ недолгаго колебанія миссъ Виккерсъ съ довольною улыбкою взяла его, и въ теченіе слѣдующаго часа капитанъ слышалъ, какъ она вихремъ летала изъ столовой на кухню и -- обратно.