Наша жизнь лѣтомъ.
Лѣто, лѣто! Какъ это славно звучитъ! Словно все вокругъ сразу ожило и повеселѣло. Цвѣты, люди, животныя -- у всѣхъ точно выросли крылья.
А когда весь міръ вдругъ становится такъ прекрасенъ, развѣ не кажется, что находишься въ красивой голубой залѣ съ высокимъ небеснымъ сводомъ, гдѣ полъ усѣянъ красивыми красными, голубыми и бѣлыми цвѣточками. И цвѣты эти такъ красивы, что больно топтать ихъ. Какъ кишитъ, жужжитъ и кипитъ кругомъ жизнь! Въ каждомъ маленькомъ цвѣточкѣ, который, точно удивляясь и смѣясь, выглядываетъ изъ нѣдръ земли, чувствуется милость Бога. И мы привѣтствуемъ всѣхъ съ радостнымъ крикомъ: "А, ты уже тутъ, первая милая, скромная фіалка, и ты -- блестящая скороспѣлка, и ты -- славная маргаритка".
Да, хотѣла бы я знать, ждетъ-ли кто-нибудь на свѣтѣ такъ страстно наступленія лѣта, какъ мы, жители крайняго Сѣвера.
Никто не можетъ себѣ и представить, какъ мы бродимъ кругомъ и жадно разыскиваемъ первую пробивающуюся травку, первый признакъ приближающагося лѣта.
Въ февралѣ мама уже говоритъ: -- "Да, дѣтки мои, пусть только мартъ пройдетъ и самое худшее время года будетъ уже въ прошломъ. Тогда запахнетъ весной, и во всякомъ случаѣ у насъ станетъ свѣтло. Слава тебѣ, Господи!"
Но мартъ длинный и суровый для насъ мѣсяцъ! Восточный вѣтеръ тогда усиливается, и онъ то и дѣло свирѣпо схватывается съ западнымъ вѣтромъ, каждый изъ нихъ хочетъ одержать верхъ.
Западный вѣтеръ приноситъ съ моря снѣжныя метели и болѣе мягкую погоду. У насъ онъ ведетъ себя еще довольно сносно, такъ какъ за нашимъ домомъ поднимается гора Бергфирстъ, точно громадный зонтъ, и отражаетъ его удары. Южную сторону дома вѣтеръ, правда, немного шатаетъ. Разъ даже онъ чуть не снесъ весь флигель, но это не такъ уже страшно -- у насъ дома такъ хорошо и мы прекрасно можемъ укрыться въ комнатахъ. Затѣмъ, въ одинъ прекрасный день, вѣтеръ вдругъ стихаетъ, и опять тянется до самаго берега бѣлая, мягкая и красивая, точно бархатный коверъ, снѣжная поляна, которая такъ и манитъ покататься на санкахъ и побѣгать на лыжахъ. Но, глядь! Къ вечеру начинаетъ проясняться, и только отдѣльныя облака собираются на горой, да одно маленькое бѣлое облачко несется надъ Мертиндомъ, и мы уже знаемъ, что насъ ждетъ.
Ночью надъ фіордомъ раздается вой! Такой ревъ! Порывами, точно пушечный залпъ, проносится онъ... Гу... му... бру... ту...! Но кто въ состояніи описать ревъ, который производитъ береговой вѣтеръ?
На слѣдующій день санному пути наступаетъ конецъ. Вѣтеръ смелъ снѣгъ въ безпорядочныя кучи, а на дворѣ такой пронизывающій холодъ, что боишься носъ за дверь высунуть. Таковъ у насъ мартъ. До весны еще далеко.