Сначала разговоръ не вязался, но когда червячекъ былъ заморенъ, баронъ, не забывшій словъ Дюмареска, сказалъ:
-- Ну, разсказывайте вашъ проэктъ. Какую вы открыли Голконду? Маркиза первая дѣловая женщина на свѣтѣ; я не видалъ ничего подобнаго. Говорятъ, что она съ этимъ чортомъ Антуанемъ наживаетъ милліоны. И, однако, она идеалъ всего, что въ женщинѣ есть нѣжнаго и привлекательнаго.
-- Это колоссальное предпріятіе, началъ Дюмарескъ, но баронъ его перебилъ:
-- Вы повторяете, мой другъ. Мы уже слышали, что ваше дѣло колоссальное.
-- Да, оно колоссальное, повторилъ Дюмарескъ, ни мало не смущенный замѣчаніемъ барона.-- Это не болѣе, не менѣе, какъ сліяніе всѣхъ капиталовъ на свѣтѣ въ одно громадное кредитное учрежденіе.
-- Гмъ! медленно промолвилъ баронъ, и лицо его приняло серьёзное, сосредоточенное выраженіе.
Этотъ странный молодой человѣкъ умѣлъ быть серьёзнымъ и сосредоточеннымъ, когда того требовали обстоятельства. Въ настоящую минуту лицо его выражало глубокомысленную и спеціально банкирскую думу. Онъ наслѣдовалъ эти финансовыя способности отъ отца и съ удивительнымъ искуствомъ велъ свои дѣла. Онъ былъ однимъ изъ самыхъ успѣшныхъ спекуляторовъ на биржѣ, но никто не зналъ ни объема, ни результата его финансовыхъ операцій. Онъ былъ самъ и бухгалтеромъ, и маклеромъ; къ тому же, его капиталы были помѣщены во многихъ учрежденіяхъ. Обращаясь къ нему за содѣйствіемъ, Дюмарескъ имѣлъ двойную цѣль, что дѣлало большую честь его сообразительности.
-- Это не очень надежное дѣло, прибавилъ послѣ минутнаго молчанія баронъ:-- оно слишкомъ крупное.
-- Да, оно крупное, но за то и человѣкъ, задумавшій его, крупный геній. Еслибы вы только видѣли, какъ онъ аттаковалъ маркизу и однимъ натискомъ одержалъ побѣду.
-- А!